деревне, послали шайку Волоха, которые шли за ними по следам, и за два дня до подхода ночью зарезали постового, а затем убили еще двух человек. Они задержали отряд так как несколько дней вели наблюдение за замком и полем, аккуратно, я их присутствия не обнаружил. Но атаковать не решились, решили приблизиться вместе со всеми. Пообещали, что если кто-нибудь вякнет, то прирежут и его, и его семью. Но я предполагал, что подобное может случиться и был во всеоружии, да и Мила не сплоховала. Той же ночью она родила мальчонку. Переволновалась, две недели не доносила. Ну, а я времени и повода терять не стал, с десятком самых решительных мужиков и парней сходил в село, и мы навели там порядок, повесив старосту и взяв с остальных клятву верности князю Владу Муромскому. Княжества в тех местах еще не существовало. Заодно сопроводили обоз с семействами тех, кто решил остаться жить во Владимире-на-Урале.
Глава 5. Вокруг замка на Змеиной горе
Из оставшихся мужиков я сформировал колхоз. Так получилось. Да и не был я заинтересован в появлении кулаков. Мне требовался «базис», за счет которого появятся «свободные руки». У колхоза нет необходимости постоянного расширения посевных площадей. Ведь выросшие сыновья, по старинному укладу, должны были наделяться землей и отделяться, что вело к обнищанию населения, если не увеличивать площади посевов. Здесь, на «свободной» земле, это приводило бы к гнездовому принципу расселения, когда рассвирепевший папаша отправлял на выселки одно семейство за другим, по мере взросления мужичков и появления снох. Да и мамаша семейства, тоже, не была заинтересована в появлении в доме еще одной «хозяйки». А ну как старый на нее глаз положит, и турнет «старуху», куда Макар телят не гонял. Тем более, что многоженство в этот момент существовало еще практически повсеместно. Вот и отселяли подальше молодых, организовывая целые поселения с одной и той же фамилией. А интенсивность производства от этого только падала. Мне это не интересно! Для меня важно, чтобы сыновья крестьян становились рабочими. Да и девицам тоже работа найдется! Так что, я вернулся из первого похода в Пермскую пятину чуточку раньше, чем сюда добрались бесправные, но горластые жены и дочери 29 глав семейств. И поставил их перед фактом, что земля моя, зерно – тоже, вспахано и засеяно мной, да еще и повоевать пришлось. Остальную площадь пахать поздно, только силы тратить. Высаженного, при совместном его использовании, хватит, чтобы прокормить всех, если вести общее, совместное хозяйство, а излишки, будем складывать вот в такой «элеватор», но назвал я его «ясли». Там будет сушилка, веялка и главный склад общества. И неснижаемый запас, как семенного зерна, так и продовольственного. Но, молоть ручной мельницей такое количество пудов – тухлое занятие! Да и за качеством не уследить. Естественно, что сразу мужики раздухарились построить мельницу на Исе. С двух пальцев! И каждый выдвинут вперед. Делалось это под меня, и реку я им в пользование отдавать не собираюсь! Место есть, требуется дорога и плотина. Где и будет мельница, и еще одно здание, назовем его лесопилкой. Строиться надо? Конечно! А материалы где брать будем? Задача облегчалась тем, что жили «угры» в то время в землянках, и только-только начинали осваивать строительство изб. Изнутри землянки обшивались досками. В общем, идею перегородить Вию и там строить «большую деревню» пришлась по душе, хотя обсуждали это довольно долго. Мужики вообще не доверчивы, и вначале сходили на место, выяснили, что дома с огородами там будут смотреться даже лучше, чем на бурной и быстрой Исе, и каждый выбрал себе место для будущего особняка. Нравилось им, что новый хозяин и себя не забывал, и о других заботился. Тем более, что их деревня была бедной, не просто бедной, а нищей. Солонец, задолго до появления их в той местности, захватило семейство старшины. Остальные начинали как работники у него: рыли землю, выбивали каменную соль, возили ее в тачке на мельницу, а в свободное от основной работы время добывали в поте лица себе пропитание. Хозяин им платил за работу солью. А куда ты ее денешь на соляном прииске? Товарно-денежные отношения в эту местность еще не пришли. Получается, что я увел у старосты работяг, да еще и повесил хозяина месторождения. А ничего не сделаешь, это же – рынок! Свободная конькуренция! Кто сильнее, тот и прав! Его невидимая рука придет и порядок наведет! Тем более, что собственное месторождение каменной соли и у нас имеется. С доставкой хуже, но мы на международную торговлю и не покушаемся, пока. В результате, сорок пять человек перекрыли за полтора месяца реку Вия, я же изготовил колесный привод для мельницы и горизонтальную турбину электростанции для лесопилки. Мельник имелся, который познакомил меня с необходимой конструкцией, все детали для которой ему пришлось заказывать в замке. А куда деваться? Кузнец здесь один, я. И весь инструмент, опять-таки, у монополиста. Чуть позднее, из Верхней Чусовой перебрались еще 16 семейств, поближе к старым приятелям, но это уже осенью. Когда выяснилось, что суда через пороги протаскивать некому, и сын старосты пошел по миру, не выдержал конькуренции. Среди них был и кузнец, с которым мы образовали гильдию. Приход орды и осенние торги сподвигли меня начать тележное производство, которое и на Руси еще не слишком было распространено. Все таскали грузы на слегах. Старый бай Егу (звали его именно Егу) прекрасно понял, что может немного навариться на продаже зерна племенам казахов, и высказал мнение, что на чем-то требуется возить зерно. И что мешки у нас отличные.
– У меня коней не хватает, пригонишь коней, будут тебе телеги и зерно. – ответил я.
– Дело говоришь, заалуучууд Ал (заалуучууд – молодой, Алом они Александра называли). Будут тебе кони.
– Если из Хорезма, то возьму много.
– Хорезм, однако, далеко, будем думать. Пашаницу готовь.
– Пшеница есть, ждет тебя и коней из Хорезма.
Пермяки пшеницу практически не употребляли в пищу, кроме как в мантах и пельменях. Зато у них были свиньи. Еще черные, и на вепрей похожие, но мясо было нежнее, и сало не такое жесткое. Удивительное дело, но в следующий раз монголы привезли белых свиней на продажу. Из Китая. А черных купили себе. Бартер! Оказалось, что белых они не едят, кто-то там запрещает, а вот насчет вепрей никаких указаний нет, поэтому их – можно. В целом, что-то стронулось с мертвой точки, народ с запада потянулся, ибо язык до Киева доведет. Количество лиц
